Михаил Катюричев - Путь Силы [СИ]

— Клод, Вирл, проследите, чтобы нас не подслушивали.

А разговор намечается непростой, раз уж риттер отослал младших — смекнул Бернард.

— Что ж, пусть так, — нахмурился риттер, после того, как мальчишки исчезли, — В таком случае скажите: ваш напарник — он ведь не демон?

— Интересная мысль, — Хольтс подбросил и поймал камушек, — с чего вы так решили?

— Сначала ответьте на мой вопрос.

— Хм, вы знаете, уважаемый, однажды мэтресса Софья спросила у Даркина кто он такой, — камушек снова взмыл в воздух, — и знаете, что он ответил?

«Интересно, он специально злит милорда, или это у него такая манера общаться?» — подумал Бернард, наблюдая за очередным полетом камня.

— Так вот, он сказал: «Я предпочитаю считать себя человеком». Именно так. Я знаком с ним дольше всех, но иногда и я затрудняюсь сказать, насколько это правда. А что вызвало ваши сомнения?

— Его действия. Они неразумны. Будь он демоном или человеком, он все равно поступил… неправильно. Я не говорю про сам поступок, я говорю про то, как это было сделано. Он действовал словно птица, уводящая хищника от гнезда. А значит… что демон остался среди вас.

При последних словах Бернард вздрогнул.

— Можете даже не отвечать, кто это. Думаю, я догадался верно.

Сначала мечник не понял, о чем говорит старший товарищ, но проследив взгляд, заскрипел зубами. Уж больно знакомый знак украшал черную ленту на шее брата-по-оружию. Больше всего молодому человеку сейчас хотелось исчезнуть, провалиться сквозь землю.

— Вы что, действительно брат и сестра? — в голосе Зигфрида звучало лишь любопытство. Он демонстративно не замечал кучера, поудобнее перехватившего нож, ласкающего рукоять сабли Хольтса и легкий свет, исходящий от ярко-рыжих волос, — или он ваш отец?

— Нет!

— Простите, если мой вопрос покажется невежливым, но что тогда означает этот символ?

— Что-то вроде обещания защиты, — вместо девушки ответил мастер Элеандор.

— И что теперь? — вступила в беседу Софья. Впрочем, тепла в ее голосе не прибавилось.

— Теперь? — Зигфрид задумался, — нам придется изменить маршрут. Придется поплутать, прежде чем мы попадем в замок лорда-риттера.

— Что? — изумилась девушка.

— Смотрите, — Зигфрид сделал плавный жест рукой. Софья лишь проводила его недоуменным взглядом, а вот стоящая за ее плечом ученица отшатнулась и зашипела сквозь зубы.

— Этот символ позволяет определить демона. Он знаком любому посвященному пятого круга и выше. А значит, нам придется их избегать.

— Но… как же вы… — совсем растерялась целительница.

Только въевшаяся за годы учебы субординация не позволила Бернарду задать тот же самый вопрос.

— Я вижу здесь не демона, а соратника, который сражался с нами плечом к плечу. И которого один из нас назвал братом-по-оружию, — с каменным выражением лица произнес Зигфрид, и насмешливо добавил: — к тому же мне интересно, чем же вы так пленили сердце сурового старика, что он пошел ради вас на смерть?

— Не спешите с выводами, риттер, — задумчиво протянул Хольтс, — не спешите с выводами. Скажите, вам ничего не показалось странным в действиях этих черно-белых?

— На что вы намекаете? — сдвинул брови Зигфрид.

— Эти люди ждали нас специально. И мне показалась странной фраза этого, без доспехов: «у нас есть сведения, что среди этих людей скрывается демон»? Не предположения, сведения. И не среди ваших людей, а среди литийцев.

О том, что Тин демон, знает ровно пять человек. Возможно, у кого-то из ваших могли появиться сомнения после боя, но опять же — как они смогли бы передать весточку охотникам?

— Продолжайте, — медленно процедил Зигфрид.

— Простите, я плохо знаком с вашими обычаями… Скажите, риттер, как часто «Псы» забирают… не тех людей.

— Никогда! — Бернард не мог терпеть подобное кощунство.

— Мастер Элеандор, вы же сами видели — определить демоническую сущность могут не только риттеры-псы, — мягко заметил командор, словно извиняясь за вспышку младшего товарища.

— Да? — в голосе лучника проскользнула ирония, — тогда скажите, вы стали бы перепроверять охотников, если бы они указали на Софью?

Молчание риттера было красноречивее ответа. Дав прочувствовать эту паузу, и все что за ней стоит, Элеандор продолжил:

— Впрочем, мэтресса вряд ли была их целью. А теперь предположим, что квартус указал на леди Алисию. Вот ее вы бы защищать стали. И, полагаю, «псы» готовились именно к этому. Мне нужно продолжать?

Продолжать действительно не было нужды. Бертран хорошо разбирался в нехитрой арифметике войны. Три десятка защитников. Шестнадцать канстерманов на выгодной позиции. Каждый канстер — это две стрелы, от которых не спасут никакие доспехи. Первые два залпа сметут половину отряда. Понадобится всего одна перезарядка, чтобы добить остальных. И выводы черно-белых оспаривать будет некому. Политические последствия молодой человек представлял себе смутно, но чувствовал, что ничего хорошего при таком развитии событий не ждет ни лорда-риттера, ни его вассалов.

— Мой господин… — Бернард чувствовал, что тонет. Терзаемая последние дни душа грозила задохнуться под обломками веры, погрузиться в трясину сомнений и погибнуть окончательно. Разум, еще как-то сопротивляющийся, за последние полтайса был разбит на куски и перемешан злой рукой. Отчаяние, ощущение близкой смерти, не физической, нет — духовной, заставило искать помощи у того, кому веришь больше, чем себе.

— Ты уже не мой оруженосец, — голос Зигфрида звучал сухо и как всегда бесстрастно, — но я слушаю. Если не как наставник, то как посвященный четвертого круга.

— Я… — слова давались нелегко, — я запутался. Я недостоин звания риттера! Я насовершал столько ошибок… Сегодня я усомнился в служителях богов, я усомнился в высшей справедливости богов…

— Ты усомнился в себе, — поправил его квартус, — это не преступление. Не ошибаются только боги. Не сомневаются только святые. Ты причисляешь себя к кому-то из них?

— Нет! — молодой человек даже остановился. Насмешливые комментарии наставника как обычно перевернули все с ног на голову, — но я действительно не достоин звания риттера-мечника! Моим действиям нет прощения! Через год я должен буду взять оруженосца, и чему я его научу? Как назвать демоницу своим братом-по-оружию?

— Ты считаешь это ошибкой? — холодно уточнил Зигфрид, — ты никогда не был силен в богословии, но я надеялся, что хотя бы книгу Райторна ты прочтешь. Похоже, твоего усердия не хватило даже на первую страницу.